Он защищал Одессу и Севастополь (В.Т. Ширманов)

75 лет отделяют нас от грозных и трагических событий 1941 года, от героической обороны Одессы и Севастополя, от тех суровых дней и ночей, когда жизнь и смерть сражались между со­бой. Мой рассказ об одном из участников той эпохи – нашем земляке-чекисте, генерал-майоре Викторе Тимофеевиче Ширманове. Материалы пришлось собирать по крупицам в архивах ряда региональных органов ФСБ, энциклопедиях спецслужб, различных справочниках и военных мемуарах.

Виктор Тимофеевич родился в Симбир­ске 2 января 1901 года в рабочей семье. Окончил приходскую школу и высшее на­чальное училище, в 1917 году начал работать конторщиком на Волго-Бугульминской железной до­роге. Революционные события и Граж­данская война захватили в свою орбиту Симбирск и втянули в активную обще­ственную жизнь его, как и многих тог­да. В феврале 1919 года он принимает­ся в ряды РКП(б). А 13 апреля, в день образования комсомольской городской организации, по партийной директиве из Москвы, как и все коммунисты, не достигшие 23 лет, Ширманов вступает в комсомольскую ячейку на железной дороге. Там он зарекомендовал себя хорошим организатором и агитатором по привлечению молодёжи в комсо­мол. Это замечает председатель гор­кома комсомола Иван Кислицын, и по его рекомендации Виктор Ширманов через четыре месяца избирается секре­тарём горкома. Это он, Иван Кислицын и Михаил Варейкис (брат председателя губкома РКП(б) Иосифа Варейкиса), были организаторами Симбирского комсомола.

Гражданская война набирает обо­роты, Россия в огненном кольце фрон­тов, Москва требует пополнения рядов Рабоче-Крестьянской Красной Армии коммунистами и комсомольцами. Губ­ком партии для этой работы создаёт Военно-политическое бюро с конкрет­ной задачей – обеспечить проведение мобилизации коммунистов и комсо­мольцев на Южный фронт на борьбу с генералами Деникиным и Мамонто­вым, т. к. белые войска рвутся к Мо­скве. Руководителем бюро назначается председатель Симбирского горкома РКП(б) Борис Чистов, а секретарём (без освобождения от прежней должности) Виктор Ширманов. Однако в октябре, т. е. через два месяца, его мобилизуют в РККА в распоряжение политотдела Восточного фронта, дислоцировавше­гося в Казани, где назначают помощ­ником политкомиссара 3-го артдивизи­она, а затем политруком первой батареи запасной артбригады.

В конце февраля 1920 года в составе группы молодых политработников Виктора Тимофее­вича откомандировывают в Москву, в распоряжение политуправления РККА, затем, как бывшего железнодорож­ника, в политотдел наркомата путей сообщения. С путёвкой из Центра он прибывает в политотдел родной Волго-Бугульминской дороги. На общегород­ском собрании членов РКСМ его снова избирают секретарём горкома комсо­мола. Через два месяца звучит призыв партии о мобилизации коммунистов на Западный (Польский) фронт в свя­зи с захватом Польшей части районов Белоруссии и Украины, в том числе го­рода Киева. Ширманов во главе отряда комсомольцев-добровольцев выезжает в Смоленск в политуправление Запад­ного фронта. Конечной точкой стал 147-й стрелковый полк 49-й стрелко­вой бригады, в составе которого Вик­тор участвовал в боях с белополяками под белорусскими городами Игуменом, Борисовым и Березино. За мужество ихрабрость командованием 16-й армии он был награждён серебряным порт­сигаром и направлен на двухмесячные курсы инструкторов-организаторов.

По окончании учёбы в составе 71-го стрелкового полка с сентября по де­кабрь 1920 года Ширманов воевал в боях с белополяками под Минском и Городком, а также с бандами Булак- Булаковича в районе Пинска и Житко­вичей. В одном из боёв был контужен и легко ранен в ногу.

После госпита­ля в течение четырёх месяцев учил­ся в красноармейском университете 16-й армии в городе Могилёве. Там как инициативный и авторитетный курсант и коммунист был избран ответственным секретарём партийного бюро университета. Но уже в августе 1921 года по просьбе Симбирского губ­кома РКП(б) Виктор был откомандиро­ван в Симбирск и избран заместителем ответственного секретаря горкома ком­сомола. Вскоре был введён в состав губернского комитета комсомола и ут­верждён заведующим орготдела. Его тут же включили в комиссию по чистке комсомола от пассивных и безыдейных членов.

В январе 1922 года Ширманова вне­запно призывают на службу в Красную армию в Самару, в политуправление Приволжского военного округа, откуда – в Саратов, где он тяжело заболел сыпным тифом. После выздоровления Вик­тор возвращается в родной Симбирск в качестве политрука полковой школы, откуда как имеющего боевой опыт его переводят в 38-й дивизион войск ГПУ (Государственное политическое управ­ление).

В сентябре 1922 года Ширманов на­чинает работать в Симбирском губерн­ском отделе ГПУ. В 1928 году выдвига­ется уполномоченным (начальником) Сызранского уездного отдела ОГПУ. Дальнейшая служба в органах безопас­ности проходила за пределами Ульянов­ской области: в Куйбышеве, Оренбурге, Москве. В его характеристике отмеча­лось: «В работе энергичен, настойчив, требователен, укрепил дисциплину, умело передает свой опыт подчинён­ным, пользуется у них авторитетом».

В 1940 году с должности замначаль­ника контрразведывательного отдела Центрального аппарата НКВД СССР в связи с болезнью сына чекист перево­дится в Одесское областное управление НКВД. С началом Великой Отечествен­ной войны принимает активное участие в героической обороне Одессы, которая длилась 73 дня. Город упорно защища­ли не только корабли Черноморского флота и Приморская армия, проявляя отвагу и стойкость. Им самоотвержен­но помогали горожане, да и предпри­ятия города были переориентированы на нужды обороны. Противнику, несмо­тря на трёхкратное численное превос­ходство, не удалось взять город сходу. Только по приказу ставки Верховного Главного командования, ввиду резкого ухудшения положения Южного фронта, наши войска были передислоцированы, а точнее эвакуированы в Крым корабля­ми Одесской военно-морской базы.

Оборона Одессы имела большое военно-политическое и стратегиче­ское значение. Защитники города на длительное время сковали свыше 18 германских и румынских дивизий, оттянули на себя 300-тысячную армию противника и в тяжёлых боях измотали и обескровили её. Общие потери врага составили свыше 160 тысяч солдат и офицеров, 167 самолетов, до 100 танков.

За время обороны чекистами об­ластного Управления и Особого отдела Приморской армии велась напряжён­ная борьба с немецкой и румынской разведками. Особым отделом Примор­ской армии были разоблачены и обез­врежены десятки вражеских шпионов и диверсантов, предотвращено немало попыток дезертирства и перехода воен­нослужащих на сторону врага. За вре­мя обороны в тыл к немцам и румынам чекистами было заброшено до десятка диверсионно-разведывательных групп. Возглавляя контрразведывательный отдел УНКВД, а затем Особый отдел Приморской армии Виктор Тимофее­вич принимал непосредственное уча­стие в формировании истребительного и диверсионного отрядов, в создании специальных групп для действий в условиях временной оккупации Одессы. За успешное выполнение спецзаданий за время обороны города Ширманов был награждён орденом Красного Зна­мени.

Части Приморской армии прибыли в Севастополь 10 октября 1941 года к началу обороны, которая длилась, как мы знаем, 250 дней (до 7 августа 1942 года). Сразу пришлось вступить в жестокие затяжные бои с наступаю­щими войсками противника. Враг, имея двойное численное превосходство в живой силе и технике, ежедневно пред­принимал яростные атаки, чтобы как можно быстрее, сходу покончить с Се­вастопольским оборонительным райо­ном, который включал объединённые силы Черноморского флота, Примор­ской армии и 17 тысяч севастопольцев-ополченцев.

Надолго были скованы значительные силы противника, враг потерял около 300 тысяч убитыми и ранеными. Наши потери были тоже большими: 15 6880 убитыми, 43 601 человек – ранеными. Мы знаем, что только 30 июня 1942 года Ставка дала разрешение войскам поки­нуть город, когда замолчали батареи на Сапун-горе и Малаховом кургане – кон­чились снаряды. Однако ряд подразде­лений морской пехоты и два танковых батальона отказались от эвакуации и продолжали сражаться до последнего снаряда и патрона. На мысе Херсонес отдельные группы советских воинов не жалея жизни оказывали сопротивление врагу вплоть до 9 – 12 июля. Старуха- смерть забрала их к себе. О массовом героизме советских солдат и моряков узнал весь мир, об этом должны пом­нить и все граждане России.

Город воинской славы Севастополь, эта неприступная твердыня, выдержал три штурма 11-й армии генерала Ман­штейна, одной из лучших армий гитле­ровского вермахта, и двух румынских корпусов. Из Германии специально было доставлено сверхтяжёлое осадное 800-мм орудие «Дора» общей массой 1 000 т, которое выпустило по городу и его фортам 53 семитонных снаряда. К счастью «чудо» быстро удалось унич­тожить.

При последнем штурме, длившемся почти месяц, противник имел большое преимущество в артиллерии. Об этом в своей книге «Утерянные победы» сказал Манштейн: «В целом во Вто­рой Мировой войне немцы никогда не достигали такого массированного при­менения артиллерии». Да и самолётов врага на крымском направлении было больше в четыре раза (есть данные: 750 против 180).

Оборона Севастополя вошла в воен­ную историю как образец длительной и активной баталии морского города, от­резанного от всей территории страны, блокированного с воздуха, при острой нехватке снарядов и продовольствия.

Гитлеровская разведка активно на­ращивала масштабы своей подрывной деятельности, направляя в тыл При­морской армии десятки шпионов и ди­версантов, разбрасывая с самолётов на окопы солдат первой линии обороны тысячи листовок с призывами перехо­дить на сторону врага, о том же кричали и громкоговорители врага. В условиях непрекращающихся боёв это негативно сказывалось на настроениях отдельных необученных, ещё «необстрелянных» солдат. Так, в январе 1942 года из толь­ко что прибывшей в Севастополь 386-й стрелковой дивизии, сформированной из местных крымчан, красноармеец – помощник командира взвода одного полка Ахмет Ромазанов, будучи анти­советски настроенным, во время боя увёл к немцам 33 военнослужащих. Конечно, случаи перехода одиночек были в Приморской армии, но они не характерны, ведь её общая численность составляла не менее ста тысяч бойцов.

Особый отдел армии, несмотря на недокомплект и неопытность ряда оперработников (стаж от 2 до 6 меся­цев), под руководством Ширманова в поединках с абвером имел конкретные результаты (в одном из документов ука­зано: «С 10 сентября 1941 по 15 февра­ля 1942 года задержано и разоблачено шпионов – 102, диверсантов – 5, тер­рористов – 4, предотвращено попыток дезертирства – 220 <…>, заброшено в тыл противника 6 разведывательно-ди­версионных групп».

Подполковник Ширманов за это время выезжал с опергруппой на пере­довую, где создавалась опасность про­рыва нашей обороны: в районе посёлка Джурчи, под Симферополем, Алуштой, Ялтой, Байдарами и Балаклавой.

Под Симферополем, когда 95-я стрелковая дивизия, не выдержав мощной тан­ковой атаки врага, начала поспешное отступление, чекист принял меры по наведению порядка и сдерживанию её отхода. Он находил время для работы с молодыми сотрудниками, участвовал с ними в приобретении оперативных источников. И всё же в апреле 1942 года Виктор Тимофеевич был вызван в Москву и направлен на Карельски фронт заместителем начальника осо­бого отдела 14-й армии (штаб в Мур­манске), которая вместе с 32-й армией противостояла мощной группировке войск противника: германской армии «Норвегия» и финской армии «Каре­лия», стремящейся захватить северные районы СССР, Кировскую железную дорогу, чтобы создать второе кольцо блокады Ленинграда. Однако после не­скольких неудачных попыток наступле­ния противник был вынужден перейти к длительной обороне. Тогда возросла активность германской и финской разведок по засылке шпионов в тыл во­йск Карельского фронта и диверсиям на железной дороге. Особому отделу 14-й армии удалось раскрыть тактиче­ский приём финской разведки – под­ставу своих агентов под видом явки с повинной, что позволило провести ряд успешных операций по дезинформации врага.

В конце 1942 года полковник Шир­манов был назначен начальником Осо­бого отдела 32-й армии, а затем ото­зван в Москву в Главное управление контрразведки «Смерш» («Смерть шпионам»), реформированное из Управления особых отделов НКГБ (наркомат госбезопасности). 13 апреля 1943 года Виктор Тимофеевич стал по­мощником начальника этого главка и как представитель Центра курировал работу контрразведки Центрального и 1-го Белорусского фронтов, помогал её руководителям в проведении наиболее важных мероприятий в период битвы на Курской дуге и в наступательной операции «Багратион», тесно взаимо­действуя с командующими фронтов К.К. Рокоссовским и Г.К. Жуковым. Оценка его работы дана в боевой харак­теристике: «<…> товарищ Ширманов за время войны показал способность руководить оперативной работой в масштабе армии. Будучи помощником начальника Главного управления кон­трразведки «Смерш», выезжал в дей­ствующие части для проверки работы и оказания практической помощи, где успешно справлялся с возложенными на него задачами. Награждён ордена­ми «Отечественной войны» и Красного знамени (вторым), выдвинут на долж­ность с большим объёмом контрразве­дывательной работы».

Виктор Тимофеевич закончил Вели­кую Отечественную войну генералом – начальником отдела контрразведки «Смерш» Одесского военного округа, затем возглавлял Особый отдел Харь­ковского и Архангельского военных округов.

По ухудшению состояния здоровья был переведён в Ростов-на-Дону в Донской военный округ, откуда в 1952 году в связи с его расформиро­ванием откомандирован заместителем начальника Особого отдела МГБ СССР Таврического военного округа в Сим­ферополь – город, который он защищал в грозном 1941 году. Но болезнь насту­пала, через два года военно-медицин­ская комиссия признала его негодным к дальнейшей службе, и наш земляк вы­нужден был уйти в отставку.

Генерал-майор Ширманов внёс до­стойный вклад в дело Победы над гитлеровской Германией, в разгром её военной машины и спецслужб Тре­тьего рейха. Его заслуги высоко оце­нила Родина, наградив орденами: Ле­нина, Красного Знамени (дважды), Отечественной войны (дважды), Крас­ной Звезды; медалями за оборону Одессы, Севастополя и Советского За­полярья, знаком «Почётный чекист» и многими другими наградами. Виктор Тимофеевич вошёл в историю нашего Управления, материалы о нём хранятся в музее УФСБ России по Ульяновской области, для сотрудников он является достойным примером служения нашей великой Родине.

Анатолий Лихарев, заместитель председателя Совета ветеранов УФСБ России по Ульяновской области

«Мономах», №1(97), 2017 г.