«Душа так открыто и ясно светилась в глазах…».

И.А. Гончаров в портретах русских художников

Первый живописный портрет Гончарова был создан художником Ки­риллом Антоновичем Горбуновым вскоре после публикации романа «Обыкновенная история» в журнале «Современник» в 1847 году. К тому времени К. Горбунов – автор портретов известных в России людей: А.В. Кольцова, В.Г. Белинского, М.Ю. Лермонтова и многих других.

Художник запечатлел ещё срав­нительно молодого Гончарова. Ему 35 лет, он автор первого романа, вос­торженно встреченного и читателями, и критикой. Портрет хорошо передаёт это особое счастливое состояние моло­дого писателя: открытый ясный взгляд серо-голубых глаз, лёгкая улыбка на губах, тщательно, и даже франтовато, одетый, в правой руке, слегка согнутой в локте, – дымящаяся сигара. Облик Гончарова на портрете проникнут чув­ством доброжелательности и окружён лёгким романтическим ореолом сво­бодного художника.

Над романом «Обыкновенная исто­рия» Гончаров работал в течение трёх лет. В очерке «Необыкновенная исто­рия» он писал: «Роман задуман был в 1844 году, писался в 1845, и в 1846 мне оставалось дописать несколько глав».

Журналист и редактор А.В. Стар­чевский так описал первое публич­ное чтение «Обыкновенной истории»:

«…Я явился в семь часов вечера к Майковым и застал там всех наших знакомых. Спустя четверть часа Ив(ан) Ал(ександрович) начал читать свою повесть. Все мы слушали её со внима­нием. Язык у него хорош; она написа­на очень легко и до чаю прочитано им было порядочно. Когда разнесли чай, начались замечания, но они были не­значительны и несущественны. Во­обще, повесть производила хорошее впечатление. Чтение продолжалось несколько вечеров сряду, и, по мере ближайшего знакомства с действующи­ми лицами, всё чаще и чаще станови­лись замечания <…>. Конечно, Ив(ан) Ал(ександрович) во время чтения своей повести при многочисленном обществе сам лучше других замечал, что надобно изменить и исправить, и потому посто­янно делал свои отметки на рукописи, а иногда и просто перечеркивал каранда­шом несколько строк…».

Весна и начало лета 1846 года яви­лись в жизни Гончарова порою первых настоящих творческих радостей. По­сле чтения своего романа Белинскому он чувствовал себя будто окрылённым.

«Белинский, – вспоминал после об этом времени Гончаров, – <…> при всяком свидании осыпал меня горячими по­хвалами, пророчил мне много хороше­го в будущем, говорил всем о нём, так что задолго до печати о романе знали все – не только в литературных петер­бургских и московских кружках, но и в публике».

Многолетний друг И.А. Гончарова, известный петербургский художник, академик живописи Николай Аполло­нович Майков в 1860 году завершил работу над портретом писателя. Это один из лучших портретов Гончарова.

Художник не скрыл чувство любви и уважения, которые питал к Ивану Алек­сандровичу, поэтому образ писателя на полотне передан с удивительной тепло­той. Перед нами уже зрелый человек, немного располневший, усы, бакенбар­ды до самого подбородка, чуть опусти­лись плечи, чуть свободнее стала одеж­да, в нём уже нет налёта романтизма, зато глаза смотрят прямо на зрителя – пытливо и мудро.

Портрет был написан вскоре по­сле огромного успеха романа «Об­ломов», вышедшего в свет в журнале «Отечественные записки» и отдельным изданием в 1859 году. Современники оставили описание внешности Гонча­рова того периода: «… мужчина лет пя­тидесяти, небольшого роста, с пробри­тым подбородком, с начинавшими уже седеть густыми усами, бакенбардами и волосами, тщательно приглаженными».

Но к этому портрету Гончарова боль­ше подходят слова, написанные им са­мим о его известном во всём мире герое – Обломове, которого писатель наделил особым сердцем и особой добротой: «…ни усталость, ни скука не могли ни на минуту согнать с лица мягкость, которая была господствующим и ос­новным выражением, не лица только, а всей души; а душа так открыто и ясно светилась в глазах, в улыбке, в каждом движении головы, руки».

Портрет висел в кабинете писателя. В 1914 году был передан в Симбирск экономкой И.А. Гончарова А.И. Трей­гут. Сейчас он представлен в экспози­ции Музея И.А. Гончарова.

Известный в середине XIX века аква­релист и миниатюрист Иван Петрович Раулов создал «непарадный» акварель­ный портрет И.А. Гончарова в 1868 году, незадолго до первого издания рома­на «Обрыв» в журнале «Вестник Евро­пы» в начале 1869 года.

Этот портрет мало известен, редко публикуется, хотя обладает несомненными художествен­ными достоинствами. На портрете Гон­чаров в соломенной шляпе, в лёгком сером сюртуке и серо-розовом галсту­ке, завязанном небольшим бантом. Об­щий полупрозрачный пастельный фон акварели свидетельствует о бережном отношении автора к своей модели. Пор­трет передаёт характер человека добро­ добро­го, его глаза исполнены страдания и мудрости, его творческие и душевные силы до предела напряжены.

Это сложный период в жизни Гон­чарова, он пытался совместить долж­ность редактора официальной газеты «Северная почта», а затем члена Сове­та по делам печати при Министерстве внутренних дел с работой над романом «Обрыв».

Задуманный в 1849 году в Симбир­ске роман долго вынашивался и обду­мывался писателем, несмотря на его признание: «Как только я приехал на Волгу, на меня, как будто сон, слетел весь план романа». Только в 1860-е годы Гончаров приступает к осущест­влению своего замысла. Из писем этого периода мы знаем, что работа над «Об­рывом» шла напряжённо и трудно. Пи­сатель мучительно искал главную идею романа:

«Являются на сцену лица, фи­гуры, картины, но сгруппировать их, найти смысл, связь, цель этой рисовки – не умею, не могу», – писал он. Лишь к концу 1860-х годов романист ощущает внутреннюю готовность к завершению работы. В 1867 году он вышел в от­ставку. Для Гончарова наступило вре­мя большого творческого напряжения, он переживает то моменты необыкно­венной работоспособности, то полный упадок сил и чувство неуверенности в себе. Наверное, в глубине души пи­сатель сознавал, что «Обрыв» его по­следнее крупное произведение. «Этот роман была моя жизнь, я вложил в него часть самого себя, близких мне лиц, Ро­дину, Волгу, родные места, всю, можно сказать, свою и близкую мне жизнь», – писал Гончаров об «Обрыве». В этом романе автор стремился выразить своё понимание времени и жизни вообще, свои мысли о России, и её развитии. В письме от 19 июня 1868 года, работая над 4-й частью романа, Гончаров писал о своём труде: «Невольно, бессозна­тельно высказалась там и объяснилась и мне самому – и любовь к людям, и к России…».

Истории создания портрета И.А. Гончарова художником И.Н. Крамским автор книги о писателе в серии ЖЗЛ Ю.М. Лощиц посвятил целую главу.

Рож­дение портрета, заказанного П.М. Треть-яковым, потребовало настойчивости как со стороны художника, так и со стороны заказчика. Гончаров в тече­ние пяти лет не соглашался позиро­вать. Вот один из его типичных от­казов: «…мешает <…> скромность, вовсе не излишняя и не притворная, то есть убеждение, что деятельность моя не так замечательна, чтобы стои­ло помещать мой портрет в галерею». И далее: «К этому прибавьте ещё ста­рость, нездоровье, т. е. хандру, какое-то раздражение нерв и т. п.» Только в 1874 году Гончаров согласился позиро­вать.

При этом Крамской пишет Третья­кову в письме от 6 марта 1874 года: «Си­дит он хорошо и совсем стал ручным».

Когда портрет был написан, Гон­чаров дал художнику такую оценку: «Он добыл у меня что-то из души, на что он был великий мастер, и дал это что-то, какую-то искру правды и жиз­ни портрету; я радовался, что он понял внутреннего человека».

Думается, что определение «внутренний человек» нужно понимать как признание Гонча­рова в том, что за бесстрастной внеш­ностью стареющего писателя Крамской увидел и признал настоящего человека, достойного внимания, интереса, сочув­ствия. Освещение в портрете Крамско­го притушено. Перед нами спокойно сидящий в кресле Иван Александро­вич, но его облик лишён статичности. Динамичность создают положение торса, жест левой руки, держащей си­гару, поворот головы и словно ждущий ответа взгляд писателя, полный живой мысли, он словно дружески беседует со зрителем.

Прижизненные портреты автора «Обломова», созданные художника­ми, не только дают нам представление о внешнем облике, они помогают по­нять душевное состояние Гончарова в разные периоды жизни, ощутить его не только как великого писателя, но и как человека со своими слабостями и до­стоинствами.

Антонина Лобкарёва, научный сотрудник ИМЦМ И.А. Гончарова

«Мономах», №3(99), 2017 г.